Создай анкету
или
войди через социальную сеть

Сны. Пятая часть.

Спать не хотелось. Я забралась на подоконник с ногами, как в детстве, и ощутила в себе невероятные возможности. Я почувствовала, как для меня раздвинулись границы мироздания и я стала его частицей. Мне впервые удалось понять, что такое бесконечность! Почудилось, что я иду по траве к дощатому забору. Встаю на старый деревянный ящик, служащий кому-то табуретом, протягиваю руки за забор и – ощущаю пустоту пространства. Там, за забором, черная Бесконечность. Это нельзя передать словами. Надо такое ощутить. Ты водишь рукой в пустоте – и понимаешь: этот забор есть конечность твоего маленького мира, а вне – то, что тебе не измерить, не понять и то, о чем лучше забыть… Но – странно – это чувство, сильное и пугающее, - делает тебя такой счастливой и спокойной, будто познавшей Великую Тайну.
… Вскоре я ощутила тяжесть в голове – сильную тяжесть, как перед грозой после долгой жары, как перед ураганом или перед сильным ветром. Ничего не опасаясь, я встала во весь рост и шагнула с подоконника в пустоту за окном. Страшно не было совсем. Под ногами ощущалась упругая прозрачная линза. Её надежность не вызывала сомненья. Я обернулась – до окна было шагов пять. Чуть помедлив, я сделала шаг вперед, потом ещё и ещё раз, и оказалась на соседней крыше.
Там я села, прислонившись к печной трубе, и с удивлением посмотрела на своё окно. Было забавно: на эту трубу я всегда смотрела из окна в лунные ночи. В непоздний час луна как раз стояла возле неё и освещала железный скат крыши. Я стала вглядываться в своё окно.
Комната не казалась покинутой. Напротив. Я скользила взглядом по книжным полкам, разглядывала свои любимые безделушки – особенно одну хотелось мне бесконечно ласкать своим взором. Это был небольшой глиняный кувшинчик с ручкой, небрежно облитый зеленоватой глазурью. В нём – причудливо изогнулась обычная пожелтевшая от времени и пыли стеариновая свеча. Её фаллический силуэт прежде никогда не бросался мне в глаза. Живописные стеариновые капли и подтеки прибавляли кувшинчику возраст и делали почти антикварным. Забавное пластмассовое перо с профилем Пушкина было лихо воткнуто между стенкой сосуда и желтеющим тельцем свечи. Я улыбнулась, вспомнив, как в юности зажигала её и подолгу смотрела на огонь, мечтая стать писателем. Как много времени прошло зря!
Взгляд скользнул по афишам, по большой групповой фотографии прошлого века в темной резной деревянной раме, по старательным женским акварелькам в стеклянных рамках, по рисованной на жести иконе без оклада, висевшей в изголовьи кровати и изображавшей встречу Марии Магдалины с Иисусом у источника.
Я взглянула в окно еще раз и, вдруг, поняла, что с высоты внезапно появившегося опыта рассматриваю теперь свою прежнюю жизнь, за рамки которой только что вышла.
Я смотрела на свою детскую келью и не могла войти в неё. Мне больше не хотелось идти в свой Институт и разгадывать чужие сны. Мне только что открылась Вечность, и я ощутила пределы земного бытия. Со мной говорило Неизведанное, и я почти поверила в вероятность непривычной яви. Разве могла я теперь быть прежней?..

(продолжение следует)
Кто читал? Поделиться
0
Ваше имя
Эл. Почта
День рождения
Ваш город
Чикаго, США
Пароль
173371
Перейти к знакомству