Создай анкету
или
войди через социальную сеть

Здравствуй, Кант! Часть 3.

Когда мы вошли в нашу хибару, Юра с Олей, сидя в прихожей, ели легкое из серой чугунной сковородки. Увидев нас, - попросили угостить их сигареткой и посидеть с ними вместе, « а то скучно ». Ленка вытащила пачку «Пегаса» и положила на плиту. Присели. Общий разговор не клеился. Тема была такая: чьи бутылки в кустах и под столом? Наши? Ваши?
Наконец, Оля сказала, обращаясь ко мне: «Не думай, мы деньги не пропиваем. Вон, гляди, в морозилку – почки, легкие – на семь рублей!». Я кивнула. Ольга, глядя на меня в пьяной задумчивости, протянула: «Не могу я понять, чья ты родственница, если знаешь нашу мать?». Мне нечего было ей ответить.Их друг, алкоголик Коля, незаметно сидевший в углу за умывальником и не принимавший участие в трапезе, неожиданно протянул Ленке и мне по грецкому ореху.
Мы радостно закивали.
Наше общение прервала женщина в белом халате. Она пришла за Олей.
- Я тебе полтора часа дала, Оля! Пошли, давай, там девчонки ждут, ругаются – ни одной фляги чистой нет! – Громко потребовала женщина.
Оля вышла.
Юра, молча, наблюдавший за Олиным унижением, тихо пожаловался нам:
- Она там уродуется как карла, - и вышел вслед за Олей, прихватив друга Колю.

Мы остались одни. В комнату закрались сумерки. Вернулась тётя Нонка, неся в сумке новую порцию журналов и газету с телепрограммой. Она порадовала нас известием о начале сериала «ТАСС уполномочен заявить…», а мы доставили ей удовольствие, вручив комплект постельного белья.
- Белью не хватает девственности! – скептически заметила Тётя Нонна, и поменяла, что смогла. Мы последовали её примеру.
Ночь после серии «ТАСС уполномочен…» прошла в спорах, при зажжённом свете. Предметом дискуссии были многие исторические события и убеждения оппонентов.
Привлечённая голосами в доме, забрела собака и улеглась у дверей. Мы погасили свет. Было слышно, как она ворочается и вздыхает
О ночных бдениях сами собой сочинились стишки:
« Наш Зайчик сидит
И глядит сериальчик»
И
« Наш Зайчик не спит
И ругает журнальчик»
Надо сказать, что к этим глупым стишкам располагал сам характер тёти Нонки и её внешность. Была она маленькая, кругленькая, с круглой седой головой, стриженной «в кружок», и очень важной, поскольку являлась музыкаведом с научной степенью.

Утром задул холодный ветер. На пляже было неуютно, и я поднялась на высокий берег, поросший еловым лесом, оставив Лену одну на променаде во власти местного идальго.

Здесь, в лесочке, стояла тишина и хорошо думалось. Шум моря уже не казался таким назойливым, а порывы ветра не докучали беспорядком, унося вещи и листая страницы. Светлогорский морской берег отличался от литовской части косы. Почему-то в здешних лесах мне было неспокойно. Стараясь не удаляться от моря, я выбрала укромный уголок и решила почитать свой философский конспект. «Множественность сознаний как умопостигаемых монад постулируется Кантом как объект моральной веры», - шевелила я губами, но взгляд мой бежал мимо строк.

«Что ж», - вздохнула я. – «Не мой день. Не мой…», и медленно двинулась вдоль береговой линии. Я хотела осмыслить впечатления последних дней. Реальности чужих душевных состояний и судеб, уже известные читателю, пусть эмпирически, но глубоко встревожили моё сознание. Всё бы хорошо, но погрузиться в анализ впечатлений мешал песок. Он забивался в туфли. Нагнувшись, чтоб уладить это неудобство, я не заметила подошедшую сбоку женщину. С первого взгляда на неё я почувствовала, что наша встреча не случайна.

Она была в возрасте моей матери, может, чуть помладше, и, скорее всего, жила тут, в Светлогорске.
- Заблудились? – Спросила женщина.
- Нет, гуляю. – Ответила я, и вдруг мне стало очень спокойно, как будто действительно я, того не ведая, заблудилась, а теперь повстречала старую знакомую и, успокоившись, буду продолжать прогулку, к своей радости, не одна.
- Отдыхаете здесь? – Продолжала она.
- Да.
Откуда будете?
- Из Москвы.
- Аа-ааа, - протянула незнакомка, - то-то я смотрю… .
Я не стала уточнять, что она имеет в виду.
- Знаете, - вдруг сказала женщина, остановившись, - Дальше идти не надо. Там, берег не удобный. Овраг. Давайте свернём направо. Я вас по тропинке выведу в город.
Мне оставалось только повиноваться. Некоторое время мы шли по лесу молча. Наконец, я догадалась спросить:
Я вы здесь – что? Гуляете?
- Нет, - улыбнулась незнакомка – Я с работы иду.
- - С работы? – Недоверчиво переспросила я , озираясь
- Да. Я здесь в лесничестве тружусь.
- Биолог?
- Не-ет. Бухгалтер. – Она улыбнулась. – Ну, давайте знакомиться. Анна Григорьевна – И протянула руку.
- Лариса. – Представилась я зачем-то не своим именем.

Вскоре лесная тропинка перешла в утоптанную дорожку. Завидев городские дома, я внутренне пришла в ужас оттого, что доверилась в лесу совершенно незнакомой женщине и пошла за ней. У поворота к старому Светлогорску мы распрощались. Меня поразило, как далеко я забрела. Человек я очень осторожный, особенно в незнакомом месте.

Думая об этом по дороге домой, я решила, что сама не случайность этой встречи была вызвана тем, что я действительно заблудилась. Возможно, дело закончилось бы совсем не весело, но мне было послано спасение. Я задумалась. О Боге тогда не принято было вспоминать. Почему-то было стыдно, что назвалась не своим именем. Теперь, успокоившись от быстрой ходьбы, я могла объяснить себе это событие только неким изменённым течением времени и особым состоянием сознания, которые случаются в местах трагических событий, и, объяснив, успокоилась.

( окончание следует)
Кто читал? Поделиться
0
Ваше имя
Эл. Почта
День рождения
Ваш город
Чикаго, США
Пароль
222292
Перейти к знакомству