Создай анкету
или войди через

Зона толерантности

Знакомство и общение, Создано 16.02.2021
Сейчас онлайн: 1

Роман "Любовнички" 98 часть

Роман "ЛЮБОВНИЧКИ" 👭🌈
Часть 98
📝
Сандра вернулась на сцену, оставив Яну в состоянии словно бы подбросило ее на батуте ввысь, но вслед за достижением пиковой точки почему-то так и не наступило логичное падение, и теперь она зависла в пространстве зала ни жива, ни мертва, а все зрители, интерьер, пианист с роялем, улыбчивый офицатик – словно растворились в темноте, перестали существовать. Из реальности остался только голос Сандры. И только он влек и манил звуком, превратившемся в пластичный, невидимый поводок, который мягко и ненавязчиво утаскивал Яну в омут карих глаз мексиканской обольстительницы. Пытка временем приобрела совсем новое качество, на периферии которого болтались жалкими сгустками боли все те страхи и сомнения, порочившие усталую душу. Они утратили смысл и силу, их заместило нечто совсем иное, нечто в самом деле прекрасное.
Садра...
Яна не помнила, как смогла дождаться окончания смены певицы, не помнила, как они вместе, держась за руки, на несгибаемых ногах с трясущимися коленками спускались к пляжу. Не помнила, как в молчании шли вдоль променада, где навстречу валили толпами пьяные люди, но ни она, ни Сандра не обращали на них никакого внимания. Это сосредоточение инстинктов на уровне глазного контакта, и если возможно сколько слиться с партнером на духовном уровне, сейчас они были единым целым. Не понимая ни языка, ни намерений, в отрезке времени, где прошлое и будущее истерлись в ничто, отдав на растерзание сиюминутное настоящее, две девушки не шли и не бежали, они летели по дребезжащему деревянному настилу, где из щелей выпрыгивал песок от поднявшейся вибрации. И блеск глаз, в одночасье влюбившихся в целую вселенную, затмевал убогий и примитивный свет звезд.
Сандра резко свернула в какую-то подворотню, и Яна чуть было не поскользнулась на луже, залитой чем-то жирным. Они потревожили одинокого пса притаившегося в углу, но эта эйфория затмила собой все детали материального мира. Сандра с разбегу впечаталась в стену, Яна немедленно навалилась сверху, нетерпеливо задирая подол платья одной рукой, другой же, полностью потеряв над собой контроль, соскабливала с округлых гладких плечей кружевные рукава вместе с лямочками бюстгальтера. Ей не терпелось добраться до пышной, мягкой груди. И, жадно впитывая новый вкус неустанно шепчущих на испанском губ, Яна словно изголодавшийся хищник дерзко и сладостно умерщвляла свою жертву, впиваясь в ее истекающее лоно. Сандра кричала. Нет, она не стонала и вскрикивала, она кричала в голос, резко срываясь на шепот.
– Por Favor... Por Favor... Ruego... Sí... Sí!!! (Пожалуйста... Пожалуйста... Умоляю... Да... Да!!!)
Она извивалась змеей, с остервенением вгрызаясь ногтями в янину спину, за которую держалась как за последний оплот материального мира. Ее тащило раскатами непрекращающегося экстаза, каждая новая волна которого угрожала лишить навсегда и голоса, и разума. По щекам текли слезы, горячие и густые, как плавящаяся на солнце медуза, они самопроизвольно рождались и рвались наружу. Яна чувствовала их горько-соленый вкус во рту, и ей еще острее хотелось почувствовать всю вкусовую гамму, которой обладает эта феерическая девушка, что с каждой вибрацией, с каждым новым толчком лишь сильнее распаляет свою истинную вулканическую страсть.
– Sí... Sí!!! – снова и снова вырывалось из уст.
В какой-то момент Вишневич полностью выпала из сознания, став чистой энергией, сконцентрированной внутри напряженных пальцев правой руки, и вокруг них тягучими морями растекалась лава, бьющаяся в ритме сокращающихся мышц. Та самая доля секунды, разверзнувшаяся в сером веществе мозга бескрайней звездной галактикой. Вернувшийся на свое законное место разум свернет ее обратно в ноль спустя всего пару крупиц времени, но именно в тот момент, когда в переставших дышать легких закончилась последняя доля кислорода, а распахнутый рот так и не смог произнести финальное "Sí...", Яна и Садра слились в общей точке, где границы между их телами и душами рухнули.
И нужно снова вбирать в себя воздух, снова становиться человеком. Но одурманивающий шлейф мира безумий просто так не растает и не пропадет, еще долго напоминая о себе и мешая сосредоточиться.
– Ты... Ты охренительная... – едва ли что-то соображая выдохнула Яна, кажется, только что она побывала в параллельном мире. Вишневич осторожно снимала нависшие последние слезинки с черных ресниц. – Сандра...
– Ven conmigo... ("Пойдем со мной..." – исп.) – девушка кое-как оправила свое платье и уверенно потянула за собой Яну. – Ven... Más bien... ("Пойдем... Скорее..." – исп.)
– Что?.. Куда?..
– Ven...
Сандра и не пыталась ничего объяснить, все равно это было бы пустой затеей, а потому она безоговорочно тащила за собой нисколько не сопротивлявшуюся Яну. Та только хлопала глазами, стараясь привести в порядок зрение, которое продолжало барахлить и могло привести к неприятным последствиям. Они шли быстро, не останавливаясь. Минули два квартала, поворот, какая-то автомагистраль, и вновь начался жилой район. Он был разительно отличен от туристических мест, где гуляла прежде Вишневич. Здесь жили только местные, и явно не элита. Возле крохотного кафе, больше напоминающего телефонную будку, сидели пятеро мужчин, они играли в карты. Сандра заметно напряглась, проходя мимо них, но, к счастью, как раз этот момент они о чем-то заспорили громогласно и эмоционально, и им стало просто не до прохожих, неприметно бредущих по ту сторону дороги. Наверное, Яне должно было бы быть страшно, но отчего-то она не боялась. Возможно, дьявольская порция адреналина, впрыснутая в кровь полчаса назад, еще не отпустила, но Вишневич скорее скорее с любопытством, нежели со страхом изучала новый и совершенно непонятный мир настоящей, не туристической Мексики.
Наконец, они добрели до калитки, за которой было небольшое пятиэтажное строение, замызганное и обветшалое, поросшее мхами и плющом. Во дворе, прямо на дороге кто-то оставил детские санки – откуда в Акапулько, где температура воздуха редко опускается ниже двадцати градусов по Цельсию, мог взяться этот абсолютно зимний атрибут?.. Но не успела Яна придумать сколько-то логически перевариваемый ответ, как ее спутница распахнула вход в подъезд и побежала к одной из дверей. Она шикнула, приложив указательный палец к губам, и этот всемирноизвестный жест не нуждался в дополнительных объяснениях: в квартире есть еще кто-то. Адреналин разбушевался с новой силой, предвкушая очередной экстраординарный виток этой сорвавшейся с цепи ночки.
В крохотном коридоре было темно и тихо. На полу валялись какие-то мелкие вещи, возможно, обувь, но разбираться было некогда. Сандра манила вглубь, в самую дальнюю комнату. Если прислушаться, из-за стены доносилось хрупкое тихое сопение, но, как ни хотелось углубиться в тайны незнакомого дома, спальня его хозяйки влекла куда больше. Девушки заскочили одновременно, одновременно же схватившись за дверную ручку. Теперь можно никуда не торопиться, но все движения снова быстры, резки, нетерпеливы и ненасытны. Яну кружило в огненных объятиях, снова разъедая волю и остатки едва забрезжившего разума. Она спешно избавлялась от надоевшего красного платья, вот бы порвать его в клочки... Ткань свернулась жгутом и не без усилий преодолела бедра, чтобы наконец упасть под ноги. Сандра ловко переступила хомут. Ей отныне словно выдали разрешение на любые дозволенные и недозволенные действия, и она безапелляционно начала стаскивать с Яны сначала куртку, затем быстро расстегнула рубашку и сорвала ее ко всем чертям. Вишневич, не привыкшая к подобной прыти, даже опомниться не успела, как певица повалила ее на лопатки, сдирая джинсы разом с нижним бельем. От этой скорости просто закружилась голова. Черными блестящими струями скользнули по шее длинные волосы, и Сандра поползла куда-то вниз, к животу и дальше. Яна закрыла глаза. Ее плавило беспомощным воском, поддающегося огню, меняющего всю свою структуру из жесткой тверди в слезливый мягкий поток, горячий и хрупкий, где никогда уже не станешь прежним после этой переплавки.
Сандра была совершенно беспощадна. Ее не надо было направлять или просить, или давить, намекая на какой-то особый ньюанс. Она словно знала все сама, но из какой такой энциклопедии можно было почерпнуть такие сведения, – осталось загадкой. Как и тогда, на сцене, где она виртуозно владела голосом своим и языком, мастерски добавляя и убирая крохотные аудиальные детальки, теперь с точно такой же филигранностью, но уже без участия голоса, она выписывала очередную джазовую партию. И партия эта была божественна... Вишневич задыхалась и глухо стонала, кусая саму себя за кулак, чтобы не начать стонать еще громче. И возле самой кульминации, паря в удушливой феерии где-то неподалеку от распахнутых врат Рая, она больше не смогла контролировать себя, а из напряженного горла сквозь стиснутые зубы вырвался то ли рев, то ли рык. Сандра накрыла ее рот своими перепачканными смазкой губами, успокаивая девушку, утонувшую в первобытном наслаждении.
Нэд, 36
0
8
Ваше имя
Эл. Почта
Начать
Администрация
Нэд, 36Астрахань Администратор