Создай анкету
или
войди через социальную сеть

ЗДОРОВЬЕ. ОКОНЧАНЬЕ. СПАСИБО ЗА ТЕРПЕНЬЕ.

таки размещаю окончанье. Здесь были сцилки на текст. Согласен! Я даже могу назвать еще несколько ников..Но тексту это не мешает..это довольно старый текст и он был на других сайтах. Спасибо за вниманье

Через час приехали Ершова и лекарство Диклофенак, которое тут же было употреблено мною внутрижопно, и принесло облегчение.
- Ну как? – Юлька выкинула в мусорное ведро инсулиновый баян, и схватила меня за шею: - Так больно?
- Нет! – Прохрипела я, широко улыбаясь. – Дышать только нечем, но шея не болит!
- А я чо говорила, а? – Юлька помахала у меня перед лицом рукой: - Как видимость?
- Отлично! – Я ликовала. – Щас ещё пару уколов – и можно идти суку-ревматолога пиздить в поликлинику.
- Кстати, об уколах… - Юлька цапнула распечатанную коробку Диклофенака, и сунула её в сумку. – Лекарство сильное, больше одного укола в день нельзя. Я теперь к тебе завтра приду. Таблеток больше никаких не жри. Ослепнешь. И в штаны начнёшь ссать. Поняла?
Конечно, поняла. Лекарство сильное, название я запомнила. Ослепнуть не боюсь, я и так в этой жизни дохуя повидала. Поэтому, выпроводив Ершову, я выждала десять минут, и поковыляла в аптеку. Где приобрела ещё десять баянов и две упаковки Диклофенака. Отучившись один год в медучилище, я научилась виртуозно делать уколы, клизмы, и капельницы. Так что с внутрижопным вливанием лекарства проблем не возникло.
Они возникли дня через три. И выглядели как полный пиздец.
С лёгкостью вскочив утром с кровати, чего я не делала уже больше месяца, я угостила свою жопу порцией Диклофенака, и, пританцовывая подошла к зеркалу. Две секунды я соображала что мне делать, а потом заорала.
Я была жёлтого цвета. Вся. Целиком. Жёлтая как канарейка. Жёлтые руки, жёлтая жопа, жёлтое лицо. И только белки моих глаз были апельсиново-оранжевыми.
То, что это был гепатит – сомнений не возникало. Осталось только понять – где я его могла подхватить. Отревевшись, я набрала Юлькин номер, и начала издали:
- Ершова, а гепатит это смертельно?
- Смотря какой, охохо, блять… - Пробасила Юлька, и я поняла, что сегодня уже суббота. – Если гепатит Б – то помрёшь. Если А – погадишь белыми какашками, и нихуя тебе не будет. А если гепатит С – то вообще ко мне не приближайся.
- А если я вся жёлтая – это у меня какой гепатит? – Спросила я, и зажмурилась.
- Жёлтая? – Юлька повысила голос. – Глаза, сука, оранжевые? Пожелтела ты, перхоть гуммозная, за одну ночь? Отвечай!
- ДА!!!
- Манда. Я тебе что про лекарство говорила, а? Я тебе говорила, что нельзя больше одного укола?! Не ври мне, клизма копеечная, что ты его сама не колола! Колола, сволочь опухшая?!
- ДА!!!
- Охохо, блять… Охохо… Ну вот и ходи теперь неделю как торчок гепатиный. Пусть от тебя народ пошарахается на улице. Пусть дети малые над тобой посмеются, а мамашки ихние пусть в тебя пустыми бутылками кидаются на поражение. Авось, попадут хоть разок. В голову твою червивую.
- Юля! – Я рыдала в голос: - Это ведь не страшно?
- Ещё как страшно. Вот у Толясиковой бабки то же самое и было. Скоро начнёшь меня за мужика принимать и за промежность цапать алчно. Дура жёлтая. – Ершова начала успокаиваться. – Сходи в аптеку, купи травку наркоманскую. Называется солянка холмовая. Её все гепатитные пьют, чтоб не желтеть как некоторые уродины.
- Я исцелюсь, Юля?
- Вряд ли. Но хуже тебе точно не станет, охохо, блять.
На улице бушевал май. Стройные девицы в пирсингах нагло нервировали своими бесцеллюлитными ногами, из подвальных тренажёрных залов выползали накачанные мачо в пидорских белых майках-боксёрках, а я шла в аптеку за холмовой солянкой. В водолазке, перчатках, и в бейсболке, которая не скрывала моего, китайского цвета, лица.
В аптеке почему-то было людно. Толпа молодёжи затаривалась к майским праздникам гандонами, пластырем и тестами на беременность, пожухлые старушки требовали слабительного и валидола, прыщавые подростки, нервно трясясь, покупали шприцы. А я жаждала холмовой солянки. Правда, о том что это называется солянкой – я уже забыла. Но это меня не смущало. Я точно знала, что эту травку пьют все гепатитные наркоманы. Аптекарша точно должна знать название.
- Здравствуйте. – Сказала я аптекарше, и сняла бейсболку. – У меня, знаете ли, небольшая проблема…
- Вижу. – Сказала аптекарша, и отошла подальше от прилавка. – В наше время ВИЧ-инфицированные люди живут очень долго. Возьмите на стенде брошюрку «Всё что вы хотели знать о СПИДе»
Я оглянулась. В аптеке не осталось никого кроме меня и трёх подростков с баянами, которые, ничего не замечая, делили свою покупку на троих.
- Ты ошиблась, солдатка. – Я попробовала искромётно пошутить. – Мне нужна травка для гепатитных пожелтевших наркоманов. Чтобы исцелиться. Названия не помню. Но что-то связанное с каким-то супом. То ли щами, то ли бульоном.
- Ромашка? – Предположила аптекарша.
- Не уверена. – Подумав, ответила я.
- Карсил? – Подсказали подростки со шприцами, и приветливо мне подмигнули.
- Активированный уголь? – Внесла свою лепту уборщица.
- Дайте ей солянку холмовую, гыгыгы. – Послышался рядом знакомый голос. – Передознулась, гыгыгы?
Я обернулась и увидела знакомую бородёнку ревматолога.
- Живучая ты, Лидия Вячеславовна, гыгыгы. Дайте-ка мне вон те презервативы. И солянку тоже дайте. Две.
На улицу мы вышли все вместе: я, ревматолог и три наркомана.
- Есть чо? – Тихо спросил меня один из торчков.
- На жопе шерсть. – Ответила я. – Иди нахуй, у меня просто желтуха.
И повернулась к ревматологу:
- Сколько с меня за солянку?
Бородатый врач ещё раз заржал, стянул с меня бейсболку, и бесстрашно посмотрел в мои ясные оранжевые глаза:
- Пошли в кино, Лидия Вячеславовна. В малом зале щас «Реквием по мечте» повторяют, гыгыгы. То что доктор прописал.
- Не могу. – Я натянула шапочку обратно. – Я жёлтенькая. Надо мной люди насмехаться будут.
- В зале темно. Никто тебя там не разглядит. А пойдём мы на места для поцелуев, гыгыгы. Меня, кстати, Женей зовут.
- Что ж ты Женя, пидор бородатый, меня напугал до энуреза? – Я взяла врача под руку. – Хуле ты мне нагнал про инвалидность и ржал при этом паскудно, убийца в белом халате?
- А нахуя ты выскочила из кабинета в жопу раненым джигитом? – Женя наклонился, и заглянул под козырёк моей бесйболки. – Я не успел тебе сказать, что пошутил.
- И хорошо что не успел. – Я широко улыбнулась жёлтыми губами. – А то я хуй бы с тобой в кино пошла, доктор Зойдберг, блять…

Здоровье надо беречь.
Это мне с детства школьная медсестра внушала.
В отрочестве – моя бабушка-покойница.
В юности – Ершова.
Видимо, бабы на меня никогда влияния не имели. Потому что с двадцать шестого года моей жизни за моим здоровьем теперь следят только мужики. И следят, надо сказать, очень хуёво. Потому что я уже третью неделю подыхаю от аллергии на цветение и ещё ни один мужик мне не помог.
А позавчера возле поликлиники я встретила Женю…
Жаль, что он меня не признал, сука бородатая
Кто читал? Поделиться
2

Комментарии2

0
Ольга, 60 Ставрополь
# ×
7 июля 2010 в 20:16
аллергию ни мужик,ни баба не вылечит,в отличии от желтухи
0
вера, 42 Санкт-Петербург
# ×
8 июля 2010 в 01:57
класс! сочно, забавно, местами хохотала до колик
Ваше имя
Эл. Почта
День рождения
Ваш город
Ашберн, США
Пароль
227171
Перейти к знакомству